Сегодня, 28 сентября, в Совете Федерации Федерального собрания Российской Федерации состоялся круглый стол на тему «Последний рубеж: что произойдет в связи с завершением действия закона Украины об особом статусе Донбасса 18 октября». Мероприятие проходило в рамках работы Комитета общественной поддержки жителей Юго-Востока Украины. 
В работе круглого стола принимали участие заместитель Председателя Совета Федерации Российской Федерации Юрий Воробьев, первый заместитель председателя Комитета СФ по международным делам Владимир Джабаров, член Комитета СФ по обороне и безопасности Алексей Пушков, член Общественной палаты РФ Вероника Крашенинникова, директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков, Председатель Народного Совета ДНР Денис Пушилин, заместитель командующего корпусом Министерства обороны ДНР по работе с личным составом Эдуард Басурин, исполняющий обязанности министра иностранных дел ЛНР Владислав Дейнего, а также политологи и представители СМИ.
 
По словам председательствующего на заседании Юрия Воробьева, последствия завершения действия закона об особом статусе могут негативно сказаться на процессе мирного урегулирования в Донбассе.
 
«Согласно данному закону, в отдельных районах Донецкой и Луганской областей на три года со дня введения его в действие устанавливается особый порядок местного самоуправления. В законе не были точно обозначены территории, к которым применялось действие данного закона. Это привело в дальнейшем к срыву выборов в местные органы власти 7 декабря 2015 года. Именно поэтому в 2015 году Верховная рада приняла закон, согласно которому все содержательные пункты закона об особом статусе действуют со дня приобретения полномочий органами местного самоуправления отдельных районов Донецкой и Луганской областей, избранных в соответствии с конституцией Украины. И только после этого закон должен был вступать в силу, что привело в дальнейшем к его замораживанию.
Но тем не менее этот закон лег в основу Минских договоренностей и дорожной карты по их реализации. В этой связи прекращение действия закона об особом статусе будет означать приостановление работы не только по политическому направлению в переговорном процессе, но и заблокирует работу по вопросам безопасности. Практически исчезнут смысловые рамки для выполнения основного условия прекращения огня», – отметил Юрий Воробьев.
Заместитель Председателя Совета Федерации призвал присутствующих на мероприятии выработать общее мнение о тех шагах, которые следует предпринять, чтобы не произошел срыв переговорного процесса по урегулированию конфликта в Донбассе.
 
Председатель Народного Совета ДНР, Постоянный полномочный представитель ДНР в Контактной группе на переговорах в Минске Денис Пушилин ознакомил участников обсуждения с предысторией принятия закона и последующей ситуацией вокруг него. Полпред ДНР подчеркнул, что особый статус – это фундамент политического урегулирования, к которому пытаются прийти участники минского процесса.
 
«Все стороны переговорного процесса сходятся во мнении, что единственным путем политического решения конфликта является предоставление Республикам особого статуса. В случае если срок особого статуса все же истечет, то всему процессу политического урегулирования будет нанесен серьезный ущерб, а достигнутый в ходе Минских переговоров прогресс будет в значительной мере нивелирован.
К сожалению, представители Украины делают все возможное, чтобы саботировать его реализацию, и на протяжении трех лет они затягивали переговорный процесс, доведя ситуацию до нынешнего кризиса. Мы не видим реальных позитивных шагов со стороны Украины, что крайне безответственно с ее стороны в сложившихся обстоятельствах. И времени остается все меньше. Мы постоянно призываем украинскую сторону начать активную работу по данному вопросу, но – увы! Таким образом, вся ответственность за возможные последствия срыва мирного процесса ляжет, в первую очередь, на киевскую власть», – заявил Денис Пушилин.
 
По его словам, представители Народных Республик на переговорах в Минске будут продолжать добиваться, чтобы закон об особом статусе вступил в действие в полном объеме.
 
«Несмотря на достигнутые договоренности, представители Киева в Контактной группе уклоняются от обсуждения данной темы, придумывая все новые и новые отговорки. Разумеется, это невозможно трактовать иначе как грубое нарушение принципа добросовестности ведения переговоров. Позиция, которую мы отстаиваем на переговорах в Минске, поддержана всеми членами «нормандского формата», а также членами Совета Безопасности ООН. Все они одобрили план мирного разрешения конфликта на основе предоставления особого статуса. Потому Киев должен исполнить взятые на себя обязательства не только перед Республиками, но и перед мировым сообществом.
Окончание действия особого порядка местного самоуправления – это внутренняя проблема Киева согласно Комплексу мер. Исходя из этой позиции, конечно же, мы будем продолжать добиваться внесения изменений в закон об особом порядке с целью введения его в действие в полном объеме. Это вопрос, по которому мы не имеем права уступить, это основа и фундамент минского процесса. Без особого статуса, без понимания наших политических перспектив нет шансов урегулировать конфликт. От этого зависят жизни тысяч жителей Донбасса, а затягивание этого процесса может привести только к новому витку эскалации конфликта, к новым жертвам с обеих сторон», – предостерег Денис Пушилин.
 
В свою очередь и. о. министра иностранных дел ЛНР Владислав Дейнего отметил, что украинская сторона, внося предложения, впоследствии от них отказывается, аргументируя это тем, что они были внесены неофициально и якобы представляют частное мнение.
 
«Складывается достаточно сложная ситуация. Действующий особый статус с его ограниченным во времени действием, как это предусматривалось на первом этапе, предполагал добросовестность Украины в минском процессе и в работе по урегулированию конфликта. К сожалению, в этом плане Украина показала свою полную несостоятельность либо сознательное, спланированное заранее, саботирование этого процесса.
 
Как происходила ситуация изначально: 5 сентября 2014 года подписывается протокол, проходит голосование, и более месяца уходит на то, чтобы его ввели в действие, что в принципе уже нарушает законодательные нормы Украины. Тем не менее, как только этот закон вступил в силу с 17 октября, 19 октября нам удается в первый раз подписать с украинской стороной договор об отводе тяжелых вооружений. Он не реализован, а подписанта с украинской стороны уволили из вооруженных сил Украины. Видимо, он превысил свои полномочия и в какой-то степени ломал планы Украины. Дальше нам удалось подписать такое же по тексту соглашение об отводе тяжелых вооружений уже после подписания Комплекса мер в феврале 2015 года.
 
Это показывает позицию Украины в отношении конфликта в Донбассе. Имитация политических шагов так и осталась имитацией. И если за ней следовали шаги, стабилизирующие вооруженную составляющую, они далеко не всегда работали. А в ситуации, когда у нас из политического урегулирования вырывают особый статус из-под ног минского процесса, все те наработки, которые шли в плоскости сдерживания вооруженного противостояния, теряются.
Шаги политического характера и шаги по урегулированию вооруженной составляющей конфликта все время переплетались. И сейчас они стоят как ключевой момент на рассмотрении «нормандской четверки», которая готовит очередные предложения для Украины и для Контактной группы о том, каким образом продвигаться в рамках минского процесса. Встреча предполагается на октябрь. Если просмотреть хронологию, последние несколько месяцев «нормандская четверка» достаточно интенсивно работает в этом направлении.
 
И вдруг 18 октября этот статус у нас уходит. Перспективы применения рекомендаций, которые нарабатывает «нормандская четверка», практически нулевые. Нет основ, на которых можно делать надстройку. А там предполагается именно чередование шагов в политической и военной плоскости. Каким образом вела себя Украина в отношении рассмотрения политических основ урегулирования? На первом этапе какие-то попытки диалога еще были в политической подгруппе, выдвигались какие-то тезисы, но на поверку потом оказывалось, что это частное мнение тех лиц, которые там присутствуют и которые не наделены полномочиями такие мнения высказывать.
 
Были даже внесены документы, которые потом отзывались по причине того, что это частное мнение эксперта, а не официальная позиция Украины. С определенного момента политическая подгруппа работает над тем, чтобы получить позицию Украины. Около полутора лет координатор пытается получить позицию от представителей Украины. Они систематически обещают и по сей день не представили документ, который бы выражал намерения Украины. Пусть даже не конкретные шаги, хотя бы тенденцию. Этого нет. Последние 74 заседания подгруппа по политическим вопросам проходит без повестки дня. Все эти 74 заседания они пытаются согласовать повестку дня и к концу заседанию не приходят ни к какому результату», – проинформировал Владислав Дейнего.
 
Дискуссию продолжил директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков.
 
«Можно довольно жестко сформулировать главную позицию не только Республик, но и всех тех, кто анализирует этот процесс. Если закон об особом статусе Донбасса не будет продлен, то фактически Украина сорвет минский процесс. То есть Минские соглашения по вине Украины выполнены быть не могут.
Особый статус – это формат будущего Республик или этих территорий в составе Украины. Нет особого статуса – нет будущего. Они не готовы по-другому воспринимать это будущее. Люди готовы обсуждать формат своего совместного существования, но не готовы обсуждать какие-то мелочи, касающиеся прошлого, и мы с этим должны считаться», – сказал Алексей Чеснаков.
 
Далее политолог выделил пять основных моментов, которые он назвал факторами риска.
 
«Первый фактор – нормативный. Закон об особом статусе – это единственный нормативный документ во всем законодательстве Украины, который фиксирует термин «особый статус». Других документов нет. Украина обязалась принять поправку в конституцию, которая действовала бы на постоянной основе. Она приняла ее в первом чтении, а дальше процесс заблокирован и, скорее всего, возвратить ее и принять во втором чтении будет невозможно. А согласно этой поправке, именно закон об особом статусе является базовым, и этот закон указан как основа существования Республик, отдельных районов. Соответственно, все остальное законодательство должно базироваться на этой поправке. Нет ни закона, ни поправки – не о чем разговаривать.
 
Далее фактор стимула. Сейчас нет стимула обсуждения будущего. Его нет с обеих сторон. Украина не хочет обсуждать этот формат и считает, что должна получить от Республик согласие на капитуляцию. Понятно, что стороны, которые являются гарантами минского процесса, с этой позицией согласиться не могут. Я думаю, что тема закона об особом статусе будет поднята на уровне «нормандской четверки».
 
Следующий фактор – имплементации. В принципе, окончательно теряет смысл не только «формула Штайнмайера», но и любая тема, связанная с пошаговым выполнением вопросов безопасности и политических вопросов. Ведь смысл этой «пошаговости» в том, что любые вопросы, связанные с безопасностью, подкрепляются политическими шагами, а они построены на законе об особом статусе – там они зафиксированы и плавно перешли в положения Комплекса мер. Там зафиксированы и особые условия, и статус языка, и экономические отношения с регионами Российской Федерации, и особая программа, которую украинское правительство приняло бы для этих территорий, и так далее.
 
Следующий фактор – фактор безопасности. Часто приходится слышать: «давайте сначала примем меры, связанные с прекращением обстрелов, и будем говорить дальше». Вот это «дальше» не очень понятно, потому что был закон об особом статусе и были основы для обсуждения. А просто стимулировать людей к тому, чтобы отказаться от боевых действий без каких-либо условий невозможно. Им нужно предложить какие-то внятные форматы мирной жизни, в которых они будут не лишены политических и гражданских прав. Мы считаем, что это одна из главных проблем, которая на сегодняшний день существует. Это касается не только жителей отдельных районов, но и всех жителей Донецкой и Луганской областей. Порошенко недавно подписал закон об амнистии определенных людей, которые совершили преступления на территориях этих областей, подконтрольных Украине. Получается, что Украина совершает некие шаги, которые могут восприниматься как недружественные и нарушающие некий паритет, баланс сил, позволяющий доверительно относиться сторонам друг к другу.
 
Поэтому мы выделяем последний фактор – фактор кризиса форматов. Фактически не только минский переговорный формат, но и все остальные форматы, которые существуют на уровне экспертов, на уровне «нормандской четверки», на уровне различного рода общественных инициатив, так же теряют смысл. Потому что любые гуманитарные и экспертные проекты должны на чем-то базироваться. Даже элементарный разговор с украинской стороной невозможен, потому что нет базы, о чем разговаривать. Откладывание решения о продлении закона об особом статусе приведет не только к кризису минского переговорного процесса, а вообще всех переговорных форматов, которые существуют на сегодняшний день» – резюмировал Алексей Чеснаков.
 
По словам заместителя командующего корпусом Министерства обороны ДНР по работе с личным составом Эдуарда Басурина, вооруженные силы Украины постоянно нарушают «режим тишины» на протяжении всего периода гражданского конфликта в Донбассе.
 
«Если говорить о безопасности, то только за минувшие сутки в Донецке разрушено три жилых дома и ранения получил один военнослужащий. Перед этим была ранена женщина в населенном пункте Васильевка. Данный поселок примечателен тем, что в нем расположена насосная станция высокого давления, питающая водой и нашу, и подконтрольную Киеву территорию. Если она прекратит работу, то без воды останется около двух миллионов человек.
Украинские власти абсолютно не выполняют договоренности о прекращении огня. Разведение сил и средств ни разу не были завершены до конца. Уверен, что данная проблема возникла по причине того, что за невыполнение Минских соглашений не предусмотрено какое-либо наказание. Украина в открытую заявляет о том, что она не будет их выполнять. Она придумывает предлоги, по которым продолжает стрелять. При этом самые горячие точки расположены на границах наших городов. Например, западная окраина Донецка и две трети Горловки соприкасаются с расположениями украинских войск или националистических батальонов, которые входят в состав различных силовых структур Украины», – доложил Эдуард Басурин. 
 
Как отметила член Общественной палаты РФ Вероника Крашенинникова, замысел кризиса на Украине имел под собой международную основу и преследовал стратегические цели, направленные в первую очередь против России.
 
«В данной ситуации абсолютно четко просматриваются три международных аспекта. Во-первых, это прекращение политического процесса и возврат в военное русло. Во-вторых, это фиксация невозможности реализации Минских соглашений и лишение фундамента такого политического процесса как «нормандский формат». В-третьих, прекращение действия закона об особом статусе гарантирует системные нарушения прав жителей Донбасса, включая права на избрание своих представителей в органы власти различного уровня.
Озвученная «формула Штайнмайера» свидетельствует о том, что Германия все еще заинтересована в политическом разрешении конфликта. Действительно, у Германии нет причин держать рядом «пороховую бочку», которая всегда готова взорваться, и лидера страны, который не всегда поддается политическому воздействию даже со стороны Европы. Надо полагать, что Франция также не заинтересована в возобновлении военных действий. Однако интересы Соединенных Штатов отличаются от интересов Европы. Есть некоторая разница между интересами предыдущей администрации и текущей администрации президента Трампа. Очевидно, что Украина и кризис вокруг нее является постоянным раздражителем против России. В среднесрочной и долгосрочной перспективе цель состоит в том, чтобы создать и военный [кризис] против России. Мы понимаем, что поставки оружия шли все эти годы, мы понимаем, что принимались меры, чтобы их скрывать. В последнее время было достаточно много разговоров про поставки летального оружия, и глава Пентагона Джеймс Мэттис прибыл на день независимости в Киев в конце августа как раз с пакетом предложений. Мы понимаем, что если этот пакет существует, то очень длинный процесс обсуждения уже пройден. Мы понимаем, что Трамп не имеет финального слова по Украине.
У нас было много иллюзий по поводу Трампа, и мы потеряли из-за этих заблуждений много времени и много сил. Тем не менее практически все военно-политические решения принимаются сейчас в Пентагоне. Напомню, что ранее Джеймс Мэттис возглавлял командование НАТО по трансформации, и в этом качестве он занимался подведением Украины к натовским стандартам. Он очень хорошо знает Украину. Таким образом, планируется использовать двусторонние военные соглашения для вооружения Украины и создавать атмосферу, удобную для провокаций», – считает Вероника Крашенинникова.
 
По мнению члена Комитета СФ по обороне и безопасности Алексея Пушкова, закон об особом статусе Донбасса не входит в нынешнюю политическую повестку киевского режима.
 
«Судя по всему, Украина не будет принимать новый закон или продлевать действие существующего закона. У меня создается ощущение, что уповать на какой-то рационализм киевских властей абсолютно бессмысленно. Причина состоит в том, что у Киева совершенно другая повестка дня, и она заключается в усугублении националистического начала украинской политики. Это мы видим по закону об образовании, который сталкивает Украину с Венгрией, Румынией, частично с Польшей и Болгарией. Совершенно очевидно, что этот закон приведет к большому раздражению той части Евросоюза, которая делает такую большую ставку на Украину. И тем не менее Киев его (закон – прим. ред.) подписывает.
Это нам показывает логику украинского государства. Это кажется нерациональным, но те, кто сейчас руководят Украиной, намерены предложить Западу усилить ее прифронтовой статус как государства, враждующего с Россией. Что является своего рода индульгенцией на националистическую деградацию Украины, на ее дальнейшее развитие по ультранационалистическому пути. Никаких других начал в украинской политике я не вижу», – сказал Алексей Пушков.
 
Он добавил, что завершение действия закона об особом статусе ведет к замораживанию конфликта в Донбассе.
 
«Отсутствие закона – и здесь все были едины – равносильно отказу от Минских соглашений, так как этот закон является системообразующим для всего комплекса договоренностей. То есть это мина под «Минск» и любые перспективы политического регулирования.
Это ведет на деле к замораживанию ситуации. Часто в этом обвиняют Россию. На самом деле, отказываясь от этого закона, Киев ведет дело к долгой заморозке кризиса на востоке Украины. Ответственность за это ложится целиком и полностью на его плечи. Думаю, что нам следует этот тезис продвигать на всех международных площадках: ООН, ОБСЕ… Совершенно очевидно, что на это Запад ничего не сможет ответить, потому что без этого закона урегулирование на базе Минских соглашений невозможно», –  предположил политик.
 
Алексей Пушков уточнил, что действия Киева не просто обусловлены молчанием Запада, они являются частью геополитической игры Евросоюза и США.
 
«Запад не склонен оказывать воздействие на Украину. Мы видим молчание по всей сумме вопросов, мы видим молчание по невыполнению Минских соглашений, мы видим реакцию на закон об образовании, который является исключительным эпизодом, потому что он противоречит всей логике Евросоюза, всем его нормам, европейской конвенции о национальных меньшинствах – вообще всему, на чем выстроена современная европейская политическая тектоника.
Брюссель не склонен оказывать воздействие на Украину. У нее есть индульгенция, которая оправдывается антироссийской позицией Украины, и здесь есть полный консенсус между Евросоюзом и США – прощать Украине вот такие «мелочи» ради сохранения ее общего антироссийского курса. Я давно уже убедился, что для европейских институтов геополитика гораздо важнее ценностей, которые они провозглашают. Главная ценность – это геополитические задачи.
 
Кроме того, я считаю, что отказ от этого закона уничтожает основу для обсуждения вопроса о миротворцах на Украине. Миротворческая миссия на Украине связана с выполнением  Минских соглашений и является их продолжением. Она может вырасти только на основе Минских соглашений. Если Минские соглашения Киевом отбрасываются де-факто, то Киев отбрасывает и основу для решения вопроса о миротворцах на Украине», – подчеркнул Алексей Пушков.